Её губы раскрылись, и слова прозвучали как металлический скрежет затвора с характерным щелчком перед тем, как пуля освободится от гильзы, а пороховые газы вытеснят её из ствола с громким хлопком. Генри только сейчас осознал, что его член вовсе не в ней, а нелепо трётся где-то рядом, напряжённый до такой степени, что может проткнуть в ней пару новых дырок, если они продолжат в том же духе. Потому пришлось чуть приподняться на одном локте, чтобы дать пространству между их телами разжаться и пропустить внутрь руку, которая должна была направить его затвердевший орган прямиком к её тесным и мокрым объятиям.

Женские ножки крепче стиснулись на талии Фокса – он попал в капкан, безоговорочно, бесповоротно, и она скорее умрёт, чем выпустит его. Впрочем, двигаться мужчине это не мешало. Каждый толчок его бёдер отдавался в ней нарастающей негой. Кайя льнула к его телу, повторяя изгибы, толкаясь бёдрами навстречу члену, постанывая и стараясь, всё ещё стараясь сохранять хоть какой-то контроль, пусть даже исключительно зрительный. Однако стоило ему уткнуться в её шею, как ориентироваться девушка могла лишь на собственные ощущения. Он оставил её с ними наедине, но каждую секунду дополнял их собой, своими фрикциями, губами…