— К сожалению, я все еще недостаточно силен физически, чтобы впечатлять тебя своими навыками… — продолжил Боррелли, не отрывая губ от шеи Мелис, целуя, покусывая, сводя с ума. — Но если ты будешь сверху… в такой позе, как сейчас…
Итальянец не договорил. Его губы нашли ее губы, и он впился в них страстным, жадным поцелуем. Их языки встретились, сплелись в древнем, диком танце. Мелисса пахла морем, солнцем и чем-то своим, неуловимым, сводящим с ума.
— Значит, я просто пришла за разрешением? — прошептала она, чуть приподняв бровь, но голос уже не был таким уверенным, как раньше. Он коснулся её губ — и она не отстранилась. Наоборот, чуть повернула голову, позволяя этому прикосновению стать дольше, глубже. Но когда его губы спустились к шее, она резко вдохнула. И в этот момент что-то в ней снова столкнулось. Она знала — он делает именно так, как нужно. Знал, куда, как, с какой силой. И её тело откликалось безоговорочно, предательски. Её пальцы сжались у него на вороте рубашки.